Совсем недавно нам посчастливилось познакомиться с выдающимися переводчиками, прошедшими Великую Отечественную войну. Эти легендарные люди делятся с нами сегодня своими воспоминаниями о тех страшных и героических днях. Для нас большая честь представить их рассказы о войне, переводе, дружбе, истории и многом другом.
В ознаменование Дня Победы мы начинаем публикацию цикла рассказов военных переводчиков «Низкий поклон вам, ветераны».
9 мая 2014 года исполняется 70 лет со дня освобождения Севастополя. О штурме города и том, как советские войска вошли на его территорию, нам рассказал Григорий Абрамович Вейхман, известный ученый-лингвист, доктор филологических наук, профессор, участник Великой Отечественной войны, отметивший в этом году свой юбилей – 90 лет. Григорий Абрамович является автором фундаментальных исследований в области английского языка. В 1995 году во время встречи ветеранов Великой Отечественной войны в Лондоне профессору Вейхману представилась возможность подарить английской королеве свою книгу «Новый взгляд на синтаксис английского языка», за что он получил благодарственное письмо из Букингемского дворца. Его рассказ о 9 мае 1944 года записал Евгений Логинов, председатель общественного совета Военного института иностранных языков.
Мы вошли в Севастополь по Лабораторному шоссе утром 9 мая 1944 года. Противник отступил, бросив многочисленные трупы своих солдат, трупы лошадей и даже целый продовольственный склад. Наши бойцы хотели войти туда, но дверь склада загородил своим телом пожилой майор интендантской службы: «Товарищи, ну как вам не ая-яй-яй?! Это же теперь наше общее, государственное!» Что было делать? И в склад войти хочется, и майора трогать нельзя: все-таки старший офицер и к тому же пожилой человек. И тут один морячок нашелся: «Ура нашим доблестным командирам! Качать наших славных офицеров!». Майора подхватили на руки и, подбрасывая, отнесли в сторону от двери.
Выходят наши бойцы из склада с бутылками из бесцветного стекла с какой-то прозрачной жидкостью. Ко мне: «Лейтенант, ты можешь прочитать по-немецки, что здесь написано?». Читаю: «Essig». Перевожу: «Уксус…» – «Вот чертовы фрицы, не могли оставить ничего путного!»
Из подъехавшего «Виллиса» (американский армейский автомобиль повышенной проходимости времён Второй мировой войны) выходит генерал-майор с удивительно знакомым лицом. Спрашивает: «Кто-нибудь видел в море немецкие буи?» «Нет, товарищ генерал, не видели. Мы на море не смотрели!» – отвечают офицеры. Но где я его видел? Да это же Евгений Федоров! Из папанинской четверки (участники экспедиции по открытию первой в мире советской полярной научно-исследовательской дрейфующей станции): Иван Дмитриевич Папанин, Петр Петрович Ширшов, Евгений Константинович Федоров и Эрнст Теодорович Кренкель. А в Севастополь он приехал (как потом выяснилось) в качестве начальника гидрометеорологической службы Красной Армии.
Выбитый из города, противник отошел к мысу Херсонес, откуда обстреливал Севастополь дальнобойной артиллерией. Артобстрел застал меня в порту. Невесть откуда появились санитары с носилками, понесли первых раненных. Пришлось, как всегда, лечь на землю, а место выбирать было некогда. И вот моя новенькая гимнастерка вся в нефтяных пятнах. Интересная все-таки штука, человеческая психика: если бы меня тогда зацепило осколком, это было бы нормально, а вот новенькая гимнастерка в нефтяных пятнах – это уже ЧП.
Вскоре противник на мысе Херсонес прекратил сопротивление, и через город потянулись колоны пленных и трофейной боевой техники. Мы включили рацию. Москва передавала приказ Верховного главнокомандующего: «В ознаменование освобождения Севастополя сегодня в столице нашей Родины Москве произвести артиллерийский салют тридцатью залпами из 324 орудий». И как только из Москвы донесся грохот первого залпа, в Севастополе началась беспорядочная пальба в воздух из стрелкового оружия. Стреляли все, у кого было из чего стрелять. Так войска сами салютовали своей победе. И я нажал на спуск своего ППШ (пистолет-пулемёт образца 1941 года системы Шпагина). Длинная очередь трассирующими. Длинный розовый след на фоне догорающей зари.
70 лет прошло. А я помню. Все помню. ЗА НАШ СЕВАСТОПОЛЬ!
Материалы, которые могут вас заинтересовать:
26.03.2014 Олимпийский забег переводчиков
26.12.2013 «Я все время плету кружево из слов…»